Бах был хорошим мужем и заботливым отцом семейства. Несмотря на свои скромные средства, он старался обеспечить своим многочисленным детям, число которых от двух браков возросло до двадцати, по возможности самое лучшее воспитание. В материальном отношении он не был мелочен, отличался наиблагороднейшими человеческими чувствами. Это подтверждается, в частности, одним его письмом, относящимся к периоду второго брака, написанным в эрфуртский муниципальный совет по делу о наследстве. В письме он отказывается требовать судебным путем часть наследства, причитающуюся ему и его детям:
«Как известно Вашему благородию, я и мой брат Иоганн Якоб Бах (который в настоящее время состоит на службе у шведского короля), являемся сонаследниками в деле о наследстве Леммерхирта. Так как до меня дошли слухи, что остальные господа наследники решили возбудить судебное дело по вопросу о наследстве, и так как тяжба не принесет никакой пользы ни мне, ни моему отсутствующему брату, ибо мы не намерены судебным путем оспаривать завещание Леммерхирта и полностью удовлетворены тем, что в нем оставлено нам, я от своего имени и от имени своего брата настоящим отказываюсь от всякой тяжбы; в интересах защиты своих прав воспользуюсь обычным протестом.
Покорнейший слуга Вашей милости
Иоганн Себ. Бах,
придворный капельмейстер герцога Анхальт-Кётена.
Кётен, 15 марта 1772 года».
Таким образом, Баху досталась только десятая часть наследства, что составляло около пятисот талеров.
«В это время, примерно в 1722 году, он (Бах) совершил поездку в Гамбург и там в присутствии всего муниципалитета и многих других высокопоставленных персон города в обстановке всеобщего изумления в течение двух часов играл на прекрасном органе церкви св. Катарины. С особым наслаждением слушал игру Баха старый органист церкви Иоганн Адам Рейнкен, которому в то время было уже около ста лет. Прослушав хорал, начинающийся словами "На реках вавилонских», который Бах играл по желанию присутствующих очень долго, почти в течение получаса, импровизируя и пользуясь различными методами, как это делали в старые времена знаменитые гамбургские органисты на субботних вечернях, Рейнкен сказал ему следующий комплимент:
– Я думал, что это искусство уже давно умерло, но теперь я вижу, что оно живет в Вас!
Эти слова были неожиданностью со стороны Рейнкена, тем более, что много лет назад он сам играл этот хорал так, как это делал Бах, что не было секретом для Баха, как и то, что Рейнкен всегда отличался некоторой завистливостью. После этого Рейнкен пригласил его к себе и был с ним очень любезен».
Бах как преподаватель
Бах был прирожденным педагогом. Для него, как и для предшествовавших ему больших мастеров, творчество и обучение означали одно. Он жил и работал вместе со своими учениками. Названия очень многих величайших его произведений свидетельствуют о том, что он написал их непосредственно в процессе преподавания и с целью обучения молодого поколения музыкантов.
Оригинальное название «Хорошо темперированного клавира» было:
«Хорошо темперированный клавир или
прелюдии и фуги во всех тесситурах главных и вспомогательных тонов, как в dur – или do-re-mi, так и в moll – или re-mi-fa. Для пользы и упражнения жаждущей учиться музыкальной молодежи, а также для развлечения тех, которые уже накопили опыт в этом искусстве, сочинил и подготовил
Иоганн Себастьян Бах и пр.
в 1722 году»
Оригинальное название «Инвенций»:
«Честное наставление,
которое легко доступным методом научит любителей клавира и, главным образом, желающих научиться играть, как нужно хорошо и правильно обращаться с тремя самостоятельными (облигатными) мелодиями не только в чистой двухголосной игре, но и в ходе дальнейшего развития; оно поможет не только находить хорошие идеи, но и разрабатывать их, и научит также, что самое главное, красивому, певучему методу исполнения; одновременно инструкция дает серьезное представление о науке композиции.
Составлено в год от Рождества Христова 1723
Иоганном Себастьяном Бахом, придворным капельмейстером князя Анхалъта и Кётена»
С ростом известности Баха росло и число его учеников. Один из первых его учеников, Тобиас Кребс, которого Бах учил еще в бытность в Веймаре, поручил ему позднее обучение своих детей, из которых Иоганн Людвиг Кребс позже приобрел большую известность. Бах часто говаривал о нем:
«Это единственный рак (по нем. – кребс) в моем ручье (бах)».
Наибольшую известность из учеников Баха приобрели Диглер, Агрикола, Гомилиус, Кирнбергер и пианист Гольдберг, имя которого неразрывно связано с Гольдберговыми вариациями.
«Во славу великого господа бога и в поучение ближних», – написал Бах на титульном листе своей «Книги для органа». 22 января 1720 года он начал составлять «Сборник для клавира Вильгельма Фридемана Баха». Постепенное движение вперед как в указаниях, так и в пьесах, наглядно свидетельствует о способе обучения, применявшемся Бахом. Яркое представление о педагогическом методе Баха дает нам Форкель:
«Прежде всего он обучал своих питомцев своей собственной технике туше. Для этого они в течение нескольких месяцев должны были разыгрывать отдельные фразы для всех пальцев обеих рук, постоянно следя за тем, чтобы туше было правильным и чистым. Раньше чем по истечении нескольких месяцев ни один из учеников не мог прекратить эти упражнения, ибо Бах был убежден, что ими нужно заниматься по крайней мере шесть-двенадцать месяцев. Если же случалось, что какой-нибудь из учеников через несколько месяцев начинал терять терпение, Бах охотно шел на то, чтобы давать ему маленькие, связанные между собой пьески, в которых повторялись эти же самые фразы, но в связи …».
«Преподавание композиции он начинал не с сухих, ни к чему не ведущих контрапунктов, …а немедленно переходил к чистому генералбасу и в ходе обучения обращал исключительно большое внимание на точную компановку отдельных голосов …».
От Иоганна Христиана Киттеля мы узнаем, как Бах во время репетиций практически посвящал своих учеников в тайны генералбаса: «Один из самых способных учеников всегда должен был обеспечивать аккомпанемент на клавире. Ясно, что те, кто не владели генерал-басом, не смели взять на себя эту задачу. Кроме того, аккомпаниатор всегда должен был быть готовым к тому, что к его рукам и пальцам вдруг неожиданно присоединятся пальцы и руки Баха, который, не мешая аккомпаниатору, наполнял аккомпанемент богатейшей гармонией, оказывавшей еще большее действие, чем непосредственное вмешательство строгого учителя».
«Кому интересно знать, какие тонкости возможны в генералбасе и что такое настоящий аккопанемент, – говорит Мицлер, – пусть пожалует к нам и послушает нашего господина капельмейстера Баха, который аккомпанирует каждый генералбас к соло таким образом, что кажется, что это настоящий концерт и что мелодию, которую Бах играет правой рукой, он написал заранее».
В книге «Преподавание основ генералбаса» Бах пишет:
«О дефиниции.
Генералбас – наиболее совершенная основа музыки; играть его нужно обеими руками, причем левая рука играет указанные ноты, а правая добавляет консонансы и диссонансы, так чтобы возникла прекрасно звучащая гармония во славу господа и для дозволенного наслаждения души; назначением и конечной целью генералбаса, как и всякой другой музыки, не может быть ничто иное, как хвала господу и услаждение души. Где не стремятся к этому должным образом, там нет настоящей музыки, а есть лишь дьявольские звуки и пиликанье».
«Я должен был быть прилежным, и кто будет таким же, как я, достигнет того же, что я,» – часто говорил Бах своим ученикам.
